Святая равноапостольная княгиня Ольга

1 620 просмотров

Благоверная Княгиня Ольга, во святом крещении Елена (†969) – первая общерусская христианская правительница. Родина её – весь Выбутская (ныне с. Лабутино под Псковом вверх по р. Великой). По преданию, происходила из рода Гостомысла, по совету которого был призван Рюрик.

Святая равноапостольная княгиня Ольга
Святая равноапостольная княгиня Ольга

Она стала женой киевского князя Игоря Рюриковича, коварно убитого древлянами в 945 г. Супругу Игоря звали варяжским именем Хельга, в русском «окающем» произношении – Ольга, Вольга. Женское имя Ольга соответствует мужскому Олег (Хельги), что значит «святой».

Хотя языческое понимание святости совершенно отлично от христианского, но и оно предполагает в человеке особый духовный настрой, целомудрие и трезвение, ум и прозорливость. Раскрывая духовное значение имени, народ Олега назвал Вещим, Ольгу – Мудрой. Язычница Ольга долго мстила  убийцам  мужа,  пока  не истребила почти все древлянское племя.

Но грозная для врагов Княгиня в отношении народа отличалась мудростью, сочетание в ней твердости и справедливости укрепило ее авторитет правительницы в малолетство сына Святослава (945–957 гг.).

Так называемое «первое Крещение Киева» тогдашними киевскими правителями Аскольдом и Диром в 860–882 гг. охватило лишь небольшую часть их приближенных и не было продолжительным.

Язычество было еще очень сильным и в опоре на него пришедший с севера князь Олег, сын Рюрика, взял власть в свои руки (правил с 879 по 912 гг.), расправился в 882 г. с Аскольдом и Диром и пресек начатую было христианизацию сверху.

Но она продолжалась стихийно снизу и усилилась при Олеговом сыне князе Игоре (правил с 912 по 945 гг.). Из договора Руси с Византией, заключенного в 944 г., известно, что часть древнерусских купцов и княжеской дружины была христианами и что в Киеве имелась «сборная церкы» св. прор. Илии, «мнози бо беша варязи хрестеяни» («Повесть временных лет»).

Речь идет о варягах – воинах, побывавших наемниками на византийской службе (что предусматривалось уже русско-византийским договором от 911 г. при князе Олеге) и там принявших крещение, вроде той «крещеной руси», которая несла охрану во дворце Императора Константина VII, или первого русского мученика варяга (св. Феодора), о кончине которого вместе с сыном (св. Иоанном) «Повесть временных лет» сообщает под 983 г. (память 12/25 июля): «Бе же варяг той пришел из грек и держаше веру хрестеяньску».

Борьба христианства с язычеством при Игоре и Ольге, княживших после Олега († 912), вступает в новый период. Церковь Христова в последние годы княжения Игоря († 945) становится значительной духовной и государственной силой в Русском государстве. Об этом свидетельствует сохранившийся текст договора Игоря с греками 944 года, который включен летописцем в «Повесть временных лет», в статью, описывающую события 6453 (945) года.

Мирный договор с Константинополем должен был утверждаться обеими религиозными общинами Киева: «Русь крещеная», то есть христиане, приводились к присяге в соборном храме святого пророка Божия Илии; «Русь некрещеная», язычники, клялись на оружии в святилище Перуна Громовержца. Тот факт, что христиане поставлены в документе на первом месте, говорит о их преимущественном духовном значении в жизни Киевской Руси.

Очевидно, в момент, когда договор 944 года составлялся в Царьграде, у власти в Киеве стояли люди, сочувствовавшие христианству, сознававшие историческую необходимость приобщения Руси к животворной христианской культуре. К этому направлению принадлежал, возможно, и сам князь Игорь, официальное положение которого не позволяло ему лично перейти в новую веру, не решив вопроса о Крещении всей страны и установлении в ней православной церковной иерархии. Поэтому договор был составлен в осторожных выражениях, которые не помешали бы князю утвердить его и в форме языческой клятвы, и в форме присяги христианской.

Но пока византийские послы прибыли в Киев, обстановка на Днепре существенно изменилась. Четко определилась языческая оппозиция, во главе которой стояли варяжские воеводы Свенельд и его сын Мстислав (Мстиша), которым Игорь дал в держание Древлянскую землю.

Уже в середине X века на Руси как в быту, так и в государственно-административной практике достаточно широко использовалась кириллическая письменность (надписи на цилиндрических пломбах княжеских мечников из Новгорода 970-х гг., княжеские грамоты, которые, согласно русско-византийскому договору 944 г., обязаны были привозить с собою в Царьград русские купцы, и др.), что также способствовало проникновению христианской культуры на Русь.

Не сумев преодолеть косности обычая, Игорь остался язычником и скрепил договор по языческому образцу – клятвой на мечах. Он отверг благодать Крещения и был наказан за неверие. Год спустя, в 945 году, восставшие язычники убили его в Древлянской земле, разорвав между двух деревьев. Но дни язычества и основанного на нем жизненного уклада славянских племен были уже сочтены. Бремя государственного служения возложила на себя, при трехлетнем сыне Святославе, вдова Игоря – великая княгиня Киевская Ольга.

Святая равноапостольная княгиня Ольга
Святая равноапостольная княгиня Ольга

Второй этап в христианизации Руси сверху начинается как раз во время правления св. равноапостольной княгини Ольги. Одаренная светлым, проницательным умом, Ольга, видя непорочную жизнь христиан, пленилась евангельской истиной и, по преданию, сама с огромною свитою (более ста человек) и дружиною отправилась в Царьград для принятия Крещения от Патриарха Полиевкта, причем сам Император Константин Багрянородный был восприемником Княгини. (Вскоре византийская и русская правящие династии свяжут себя и узами династических браков.)

О точной дате путешествия княгини Ольги на берега Босфора ученые немало спорили. «Повесть временных лет» приурочивает это к 954–955 гг., но не исключено, что поездок Ольги в Константинополь было на самом деле две. Как наиболее вероятная дата ее крещения в «Истории Русской Церкви» митрополита Макария принят 957 г.

После крещения русской правительницы для нее было естественным озаботиться и о восстановлении на Руси церковной епархии. Свидетельства западных современников указывают, что в 959 г. Ольга прислала к германскому королю Оттону I посольство, и, возможно, поэтому в 961 г. немецкий епископ Адальберт отправился в Киев, но уже в следующем году был вынужден вернуться, «не сумев преуспеть ни в чем из того, ради чего он был послан, и убедившись в тщетности своих усилий».

Причины неудачи Адальберта, возможно, объяснялись большей склонностью Руси к Константинополю, а не к Риму, между которыми развивалось соперничество. (Заметим, что в то время Церковь еще была едина, и Русь находилась в сфере моравской миссии святых Кирилла и Мефодия, а те действовали в области римской, а не константинопольской юрисдикции и именно немецкие архиереи с санкции Рима обладали правом самостоятельной организации миссионерских епархий на восточных языческих землях.)

Став православной уже в преклонном возрасте (более 60 лет), княгиня Ольга предалась подвигам благочестия: распространяла веру, строила церкви. В Киеве Ольга построила деревянный Софийский храм, который был освящен 11 мая 960 г. Главной его святыней стал крест, вырезанный из куска Животворящего древа Господня. На кресте была надпись: «Обновися Русская земля святым крестом, его же прияла Ольга, благоверная княгиня». Этим святым крестом княгиню Ольгу благословил и напутствовал Константинопольский патриарх.

Этот храм, построенный Ольгой, сгорел в 1017 г., а святыни Софийского Ольгина храма Ярослав Мудрый перенес в доныне стоящий каменный храм Святой Софии Киевской, заложенный в 1017 г. и освященный около 1030 г. После завоевания Киева литовцами Ольгин крест был похищен из Софийского собора, сведений о его дальнейшей судьбе нет. Княгиней Ольгой были построены также храм Благовещения в Витебске, собор Святой Троицы в Пскове над рекой Великой, на месте, указанном ей, по свидетельству летописца, свыше «лучом Трисиятельного Божества».

Занималась правительница и личной проповедью, многие русские, «дивясь о глаголах ее, ихже николиже прежде слышаша, любезно принимали из уст ее Слово Божие и крестились», – свидетельствует Степенная книга. Этим Княгиня Ольга в огромной степени подготовила дело Крещения Руси своим внуком, св. Князем Владиміром, почему и названа вместе с ним равноапостольной.

Однако утверждение христианства св. Ольгой при княжеском дворе не было уверенным и продолжительным. Её сын, воинственный Святослав Игоревич (годы правления: ок. 957–972), судя по летописному рассказу, не проявлял интереса к христианству, боясь, что нам ним дружина «будет смеяться».

Да и в Киеве у матери Святослав появлялся редко: главным его занятием были походы и войны (в том числе промыслительная победа над Хазарским каганатом христоненавистников). Лишь внуку св. княгини Ольги св. князю Владиміру было суждено стать равноапостольным Крестителем Руси.

Весной 969 года Киев осадили печенеги: «и нельзя было вывести коня напоить, стояли печенеги на Лыбеди». Русское войско было далеко, на Дунае. Послав к сыну гонцов, святая Ольга сама возглавила оборону столицы. Святослав, получив известие, вскоре прискакал в Киев, «приветствовал мать свою и детей и сокрушался, что случилось с ними от печенегов».

Но, разгромив кочевников, воинствующий князь вновь стал говорить матери: «Не любо мне сидеть в Киеве, хочу жить в Переяславце на Дунае – там середина земли моей». Святослав мечтал о создании огромной русской державы от Дуная до Волги, которая объединила бы Русь, Болгарию, Сербию, Причерноморье и Приазовье и простерла свои пределы до самого Царьграда. Мудрая Ольга понимала, что при всем мужестве и отваге русских дружин им не справиться с древней империей ромеев, Святослава ждала неудача. Но сын не слушал предостережений матери. Тогда святая Ольга сказала: «Видишь, я больна. Куда хочешь уйти от меня? Когда похоронишь меня, отправляйся куда захочешь».

Дни ее были сочтены, труды и скорби подорвали ее силы. 11 июля 969 года святая Ольга скончалась, «и плакали по ней плачем великим сын ее, и внуки, и все люди». Последние годы, среди торжества язычества, ей, когда-то гордой владычице, крестившейся от Патриарха в столице Православия, приходилось тайно держать при себе священника, чтобы не вызвать новой вспышки антихристианского фанатизма. Но перед смертью, вновь обретя прежнюю твердость и решимость, она запретила совершать над ней языческие тризны и завещала открыто похоронить ее по православному обряду. Пресвитер Григорий, который был с нею в 957 году в Константинополе, в точности выполнил ее завещание.

Святая Ольга жила, умерла и погребена была как христианка. «И тако поживши и добре славящи Бога в Троице, Отца и Сына и Святого Духа, почи в блазии вере, сконча житие свое с миром о Христе Иисусе, Господе нашем». Как свой пророческий завет последующим поколениям, она с глубоким христианским смирением исповедала свою веру о своем народе: «Воля Божия да будет! Аще восхощет Бог помиловати роду моего Земли Руския, да возложит на сердце им обратитися к Богу, якоже и мене Бог сие дарова».

Равноапостольная Ольга, великая княгиня Российская, во Святом Крещении Елена (969)
Равноапостольная Ольга, великая княгиня Российская, во Святом Крещении Елена (969)

Бог прославил святую труженицу Православия, «начальницу веры» в Русской земле чудесами и нетлением мощей. Иаков Мних († 1072) через сто лет после ее смерти писал в своей «Памяти и похвале Владимиру»: «Бог прослави тело рабы Своей Олены, и есть в гробе тело ее честное, и неразрушимое пребывает и до сих дней. Блаженная княгиня Ольга прославила Бога всеми делами своими добрыми, и Бог прославил ее». При святом князе Владимире, по некоторым данным в 1007 году, мощи святой Ольги были перенесены в Десятинный храм Успения Пресвятой Богородицы и положены в специальном саркофаге, в каких принято было класть мощи святых на православном Востоке.

«И ино чудо слышите о ней: гроб камен мал в церкви Святыя Богородицы, ту церковь создал блаженный князь Владимир, и есть гроб блаженныя Ольги. И на верху гроба оконце сотворено – да видети тело блаженныя Ольги лежаще цело». Но не всем было явлено чудо нетления мощей равноапостольной княгини: «Иже с верою придет, отворится оконце, и видит честное тело лежаще цело и дивится чуду таковому – толико лет в гробе лежаще телу неразрушившемуся. Достойно похвалы всякой тело то честное: в гробе цело, яко спя, почивает. А другим, иже не с верою приходят, не отворится оконце гробное, и не видет тела того честного, но только гроб».

Так и по кончине святая Ольга проповедовала вечную жизнь и воскресение, наполняя радостью верующих и вразумляя неверующих. Была она, по словам преподобного Нестора Летописца, «предтекущая христианской земли, аки денница пред солнцем и аки заря пред светом».

Святой равноапостольный великий князь Владимир, вознося свое благодарение Богу в день Крещения Руси, свидетельствовал от лица своих современников о святой равноапостольной Ольге знаменательными словами: «Благословити тя хотят сынове рустии, и в последний род внук твоих».

Святая равноапостольная княгиня Ольга и историческая судьба Руси

В нашей национальной памяти навсегда запечатлен величественный образ женщины с несокрушимой волей и высоким достоинством, несокрушимым мужеством и с подлинно государственным умом. Святая благоверная равноапостольная княгиня Ольга – необычайно цельная личность, подлинно великая женщина, силою обстоятельств вставшая во главе огромного, еще формирующегося государства. Святая Ольга оказалась достойной того исторического жребия, который ей выпал. Более того, Промыслом Божием именно ей выпала честь сделать выбор, который определил последующую судьбу России, а самой княгине определил церковное почитание как равноапостольной.

«Начальницей веры» и «корнем Православия» в Русской земле издревле люди называли святую равноапостольную Ольгу. Нет смысла впадать в сложные, не бесспорные и, по сути, бессмысленные изыскания о «национальном» – славянском или варяжском происхождении равноапостольной княгини. Ее имя – Ольга – скандинавское, оно существует по сей день в Дании и в Швеции в форме «Хельга». И до св. Ольги во главе начинающейся Руси мы видим одни скандинавские, «варяжские» («ославяненные» или искаженные) имена викингов шведского, норвежского или датского происхождения – Рюрик, Трувор (шведское – Тревор), Синеус (шведское – Сениус), Аскольд, Дир (оригиналы этих имен трудно установимы), Олег (датское – Хельге), Игорь (шведское Ингвар), Свенельд.

На княгине Ольге варяжский ряд имен Рюриковичей прерывается. Далее идут имена славянские. Сын Ольги – Святослав, её внук – Владимир. Это неслучайно.

Норманны, варяги быстро усваивали язык того этнического большинства, с которым они связали свою судьбу. И в этом нет ущерба тем народам, что испытали норманнское воздействие. Воздействие это было чувствительным по всей Европе, на заре формирования ее наций и государств. Нет от варяжского призвания ущерба достоинству России, ведь ее «славянство» не в этнической «чистоте» (подобного и в помине нет), а в первенстве славянского языка среди многообразия её народов и этносов…

И еще одно не маловажное обстоятельство. Она, св. Ольга, первой из семейства, из династии Рюриковичей приняла христианство. Богослужебный язык христиан Руси того времени, бесспорно уже был славянский. Для нее, варяжской аристократки, христианская вера открывалась той своей глубинной стороной, которая и ныне не до конца ясна для наших современников.

Христианская вера – эта вера благородная, это вера благородных людей. Благородных по духу, не по сословному происхождению, социальному положению. В основе христианства – все признаки истинного благородства: любовь к ближнему до самопожертвования, милосердие, самоотвержение. Даже к врагам проявляются милосердие, снисхождение и всепрощение, парадоксально сочетаемые с непререкаемой стойкостью в следовании принципам веры и в отстаивании этих принципов. Честность, неприятие лжи, чистота нравственная, высокое личное достоинство, отличное от гордости и ей неподвластное – все это было в высоком совершенстве корпоративных проявлений древней христианской общины. В ней каждая личность бесценна и уважаема, поскольку каждая личность уникальна, поскольку каждая ценна для Бога. Ведь Основатель этой веры пришел на Землю и открыл врата спасении для всех и для каждого человека.

Этому благородству по-своему не чужды были древние странники морей варяги-викинги. Без этих качеств не могли жить дружины варягов – купцов-разбойников, суровых, жестоких воинов и бесстрашных мореплавателей. Они – норманны-варяги – обогнули Европу и достигли африканских берегов древнего Карфагена. Они, герои северных вод, доходили до полярных льдов, населили Исландию и юг Гренландии, пришли в доколумбову Америку. Они, викинги-варяги, прошли водными путями в Каспий и к берегам Персии. Они потрясали стены «столицы мира» Константинополя-Царьграда, где больше неслыханных богатств и роскоши впечатлили их чудеса и красота «греческой» Веры, и где их соплеменники уже давно служили в элитарной наемной гвардии императоров. Им варягам было хорошо известно, что без взаимной выручки, без преданности воинов дружине и князю-конунгу, без самоотверженности и способности к самопожертвованию не выжить ни их ладье-драккару на море-океане, ни на суше дружине в смертном бою. И во внешнем сравнении христиане имели что-то сродственное им, варягам. Даже храмы христиан строятся по принципу и форме корабля, и сама окружающая жизнь у них – это «море житейское», а община – как команда корабля, плывущая сквозь бури и напасти «житейского моря». И Путеводитель в сем бурном странствии – сам Основатель этой Веры, показавший удивительный, парадоксальный пример наивысшего благородства в жертвенной любви до крестной смерти.

Крещение Ольги было ознаменовано пророческими словами патриарха, крестившего ее: «Благословенна ты в женах русских, ибо оставила тьму и возлюбила Свет. Прославлять тебя будут сыны русские до последнего рода!»

При крещении русская княгиня удостоилась имени святой равноапостольной Елены, котроая изрядно потрудилась в распространении христианства в огромной Римской империи и обретшей Животворящий Крест, на котором был распят Господь.

Подобно своей небесной покровительнице, Ольга стала равноапостольной проповедницей христианства на необъятных просторах земли Русской.
В летописных свидетельствах о ней немало хронологических неточностей и загадок, но вряд ли могут возникнуть сомнения в достоверности большинства фактов её жизни, донесённых до нашего времени благодарными потомками святой княгини — устроительницы Русской земли.

Имя будущей просветительницы Руси и родину её древнейшая из летописей —«Повесть временных лет» называет в описании женитьбы Киевского князя Игоря: «И привели ему жену из Пскова именем Ольга». Иоакимовская летопись уточняет, что она принадлежала к роду князей Изборских — одной из древнерусских княжеских династий. Супругу Игоря звали варяжским именем Хельга, в русском произношении — Ольга (Вольга).

Предание называет родиной Ольги село Выбуты неподалеку от Пскова, вверх по реке Великой. Житие святой Ольги повествует, что здесь впервые состоялась встреча её с будущим супругом. Молодой князь охотился «в области Псковской» и, желая перебраться через реку Великую, увидел «некоего плывущего в лодке» и подозвал его к берегу. Отплыв от берега в лодке, князь обнаружил, что его везёт девушка удивительной красоты. Игорь воспылал к ней похотью и стал склонять её ко греху.

Перевозчица оказалась не только красива, но целомудренна и умна. Она устыдила Игоря, напомнив ему о княжеском достоинстве правителя и судии, который должен быть «светлым примером добрых дел» для своих поданных. Игорь расстался с ней, храня в памяти её слова и прекрасный образ.

Когда же пришло время выбирать невесту, в Киев собрали самых красивых девушек княжества. Но ни одна из них не пришлась ему по сердцу. И тогда он вспомнил «дивную в девицах» Ольгу и послал за ней сродника своего князя Олега.

Так Ольга стала женой князя Игоря, великой русской княгиней. После женитьбы Игорь отправился в поход на греков, а вернулся из него уже отцом: родился сын Святослав.
Вскоре Игорь был убит древлянами. Боясь мести за убийство Киевского князя, древляне отправили послов к княгине Ольге, предлагая ей вступить в брак со своим правителем Малом. Ольга сделала вид, что согласна.

Хитростью заманила она в Киев два посольства древлян, предав их мучительной смерти: первое было заживо погребено «на дворе княжеском», второе — сожжено в бане. После этого пять тысяч мужей древлянских были убиты воинами Ольги на тризне по Игорю у стен древлянской столицы Искоростеня.

На следующий год Ольга снова подошла с войском к Искоростеню. Город сожгли с помощью птиц, к ногам которых привязали горящую паклю. Оставшихся в живых древлян пленили и продали в рабство.

Наряду с этим летописи полны свидетельств о ее неустанных «хождениях» по Русской земле с целью построения политической и хозяйственной жизни страны.
Она добилась укрепления власти Киевского великого князя, централизовала государственное управление с помощью системы «погостов».

Летопись отмечает, что она с сыном и дружиной прошла по Древлянской земле,«устанавливая дани и оброки», отмечая сёла и становища и места охот, подлежащие включению в киевские великокняжеские владения. Ходила она в Новгород, устраивая погосты по рекам Мсте и Луге. «Ловиша её(места охоты) были по всей земле, установленные знаки, места её и погосты, — пишет летописец, — и сани её стоят в Пскове до сего дня, есть указанные ею места для ловли птиц по Днепру и по Десне; и село её Ольгичи существует и поныне». Погосты (от слова «гость» — купец) стали опорой великокняжеской власти, очагами этнического и культурного объединения русского народа.

Житие так повествует о трудах Ольги: «И управляла княгиня Ольга подвластными ей областями Русской земли не как женщина, но как сильный и разумный муж, твёрдо держа в своих руках власть и мужественно обороняясь от врагов. И была она для последних страшна. Своими же людьми любима, как правительница милостивая и благочестивая, как судия праведный и никого не обидящий, налагающий наказание с милосердием, и награждающий добрых; она внушала всем злым страх, воздавая каждому соразмерно достоинству его поступков, но всех делах управления она обнаруживала дальновидность и мудрость.

При этом Ольга, милосердная по душе, была щедродательна нищим, убогим и малоимущим; до её сердца скоро доходили справедливые просьбы, и она быстро их исполняла …
Со всем этим Ольга соединяла воздержанную и целомудренную жизнь, она не хотела выходить вторично замуж, но пребывала в чистом вдовстве, соблюдая сыну своему до дней возраста его княжескую власть. Когда же последний возмужал, она передала ему все дела правления, а сама, устранившись от молвы и попечении, жила вне забот управления, предаваясь делам благотворения».

Русь росла и укреплялась. Строились города, окружённые каменными и дубовыми стенами. Сама княгиня жила за надежными стенами Вышгорода, окружённая верной дружиной. Две трети собранной дани, по свидетельству летописи, она отдавала в распоряжение киевского веча, третья часть шла «к Ольге, на Вышгород» — на ратное строение.

Ко времени Ольги относится установление первых государственных границ Киевской Руси. Богатырские заставы, воспетые в былинах, сторожили мирную жизнь киевлян от кочевников Великой Степи, от нападений с Запада. Чужеземцы устремлялись в Гардарику («страну городов»), как называли они Русь, с товарами. Скандинавы, немцы охотно вступали наёмниками в русское войско.

Русь становилась великой державой. Как мудрая правительница, Ольга видела на примере Византийской империи, что недостаточно забот лишь о государственной и хозяйственной жизни. Необходимо было заняться устроением религиозной, духовной жизни народа.

Автор «Степенной книги» пишет: «Подвиг её (Ольги) в том был, что узнала она истинного Бога. Не зная закона христианского, она жила чистой и целомудренной жизнью, и желала она быть христианкой по свободной воле, сердечными очами путь познания Бога обрела и пошла по нему без колебания».

Преподобный Нестор летописец повествует: «Блаженная Ольга с малых лет искала мудрости, что есть самое лучшее в свете этом, и нашла многоценный жемчуг — Христа».

Сделав свой выбор, великая княгиня Ольга, поручив Киев подросшему сыну, отправляется с большим флотом в Константинополь. Древнерусские летописцы назовут это деяние Ольги «хождением», оно соединяло в себе и религиозное паломничество, и дипломатическую миссию, и демонстрацию военного могущества Руси. «Ольга захотела сама сходить к грекам, чтобы своими глазами посмотреть на службу христианскую и вполне убедиться в их учении об истинном Боге», — повествует житии святой Ольги.

По свидетельству летописи, в Константинополе Ольга принимает решение стать христианкой. Таинство Крещения совершил над ней патриарх Константинопольский Феофилакт (933 — 956), а восприемником был император Константин Багрянородный (912 — 959), оставивший в своем сочинении «О церемониях византийского двора» подробное описание церемоний во время пребывания Ольги в Константинополе. На одном из приёмов русской Княгине было поднесено золотое, украшенное драгоценными камнями блюдо. Ольга пожертвовала его в ризницу собора Святой Софии, где его видел и описал в начале XIII века русский дипломат Добрыня Ядрейкович, впоследствии архиепископ Новгородский Антоний: «Блюдо велико злато служебное Ольги Русской, когда взяла дань, ходивши в Царьград: во блюде же Ольгине камень драгий, на том же камни написан Христос».

Патриарх благословил новокрещённую русскую княгиню крестом, вырезанным из цельного куска Животворящего Древа Господня. На кресте была надпись: «Обновися Русская земля Святым Крестом, его же приняла Ольга, благоверная княгиня». В Киев Ольга вернулась с иконами, богослужебными книгами — началось её апостольское служение.

Она воздвигла храм во имя святителя Николая над могилой Аскольда — первого Киевского князя-христианина и многих киевлян обратила ко Христу. С проповедью веры отправилась княгиня на север. В Киевских и Псковских землях, в отдалённых весях, на перекрестках дорог воздвигала кресты, уничтожая языческие идолы.

Святая равноапостольная княгиня Ольга
Святая равноапостольная княгиня Ольга

Святая Ольга положила начало особенного почитания на Руси Пресвятой Троицы. Из века в век передавалось повествование о видении, бывшем ей около реки Великой, неподалеку от родного села. Она увидела, что с востока сходят с неба «три пресветлых луча». Обращаясь к своим спутникам, бывшим свидетелями видения, Ольга сказала пророчески: «Да будет вам ведомо, что изволением Божиим на этом месте будет церковь во имя Пресвятой и Животворящей Троицы и будет здесь великий и славный град, изобилующий всем».

На этом место Ольга воздвигла крест и основала храм во имя Святой Троицы. Он стал главным собором Пскова — славного града русского, именовавшегося с тех пор«Домом Святой Троицы». Таинственными путями духовного преемства через четыре столетия это почитание передано было преподобному Сергию Радонежскому.

11 мая 960 года в Киеве освятили храм Святой Софии — Премудрости Божией. Этот день отмечался в Русской Церкви как особый праздник. Главной святыней храма стал крест, полученный Ольгой при крещении в Константинополе. Храм, построенный Ольгой, сгорел в 1017 году, и на его место Ярослав Мудрый воздвиг церковь святой великомученицы Ирины, а святыни Софийского Ольгина храма перенёс в доныне стоящий каменный храм Святой Софии Киевской, заложенный в 1017 году и освящённый около 1030 года.

В Прологе XIII века об Ольгином кресте сказано: «Иже ныне стоит в Киеве во Святой Софии в алтаре на правой стороне». После завоевания Киева литовцами Ольгин крест был похищен из Софийского собора и вывезен католиками в Люблин. Дальнейшая его судьба нам неизвестна. Апостольские труды княгини встречали тайное и открытое сопротивление язычников. Среди бояр и дружинников в Киеве нашлось немало людей, которые, по словам летописцев «возненавидели Премудрость», как и святую Ольгу, строившую Ей храмы.

Ревнители языческой старины всё смелее поднимали голову, с надеждой взирая на подрастающего Святослава, решительно отклонившего уговоры матери принять христианство. «Повесть временных лет» так повествует об этом: «Жила Ольга с сыном своим Святославом, и уговаривала его мать креститься, но пренебрегал он этим и уши затыкал; однако если кто хотел креститься, не возбранял тому, ни издевался над ним …

Ольга часто говорила: «Сын мой, я познала Бога и радуюсь; вот и ты, если познаешь, тоже начнёшь радоваться». Он же, не слушая сего, говорил: «Как я могу захотеть один веру переменить? Мои дружинники этому смеяться будут!» Она же говорила ему: «Если ты крестишься, все так же сделают».

Он же, не слушая матери, жил по языческим обычаям, не зная, что если кто матери не слушает, попадёт в беду, как сказано: «Если кто отца или матерь, не слушает, то смерть примет». Он же к тому ещё и сердился на мать … Но Ольга любила своего сына Святослава, когда говорила: «Да будет воля Божия. Если Бог захочет помиловать потомков моих и землю русскую, да повелит их сердцам обратиться к Богу, как это было мне даровано». И говоря так, молилась за сына и за людей его все дни и ночи, заботясь о своем сыне до его возмужания».

Несмотря на успех своей поездки в Константинополь, Ольга не смогла склонить императора к соглашению по двум важнейшим вопросам: о династическом браке Святослава с византийской царевной и об условиях восстановления существовавшей при Аскольде митрополии в Киеве. Поэтому святая Ольга обращает Взоры на Запад — Церковь была в то время едина. Вряд ли могла знать русская княгиня о богословских различиях греческого и латинского вероучения.

В 959 году немецкий хронист записывает: «Пришли к королю послы Елены, королевы руссов, которая крещена в Константинополе, и просили посвятить для сего народа епископа и священников». Король Оттон, будущий основатель Священной Римской империи германской нации, откликнулся на просьбу Ольги. Через год епископом Русским был поставлен Либуций, из братии монастыря святого Альбана в Майнце, но он вскоре скончался (15 марта 961 года). На его место посвятили Адальберта Трирского, которого Оттон,«щедро снабдив всем нужным», отправил, наконец, в Россию.

Когда в 962 году Адальберт появился в Киеве, он «не успел ни в чём том, за чем был послан, и видел свои старания напрасными». На обратном пути «некоторые из его спутников были убиты, и сам епископ не избежал смертной опасности», — так повествуют летописи о миссии Адальберта. Языческая реакция проявилась столь сильно, что пострадали не только немецкие миссионеры, но и некоторые из киевских христиан, крестившихся вместе с Ольгой. По приказу Святослава был убит племянник Ольги Глеб и разрушены некоторые построенные ею храмы.

Святой Ольге пришлось смириться с происшедшим и уйти в дела личного благочестия, предоставив управление язычнику Святославу. Конечно, с ней по-прежнему считались, к её опыту и мудрости неизменно обращались во всех важных случаях. Когда Святослав отлучался из Киева, управление государством поручалось святой Ольге.

Утешением для неё были и славные военные победы русского воинства. Святослав разгромил давнего врага Русского государства — Хазарский каганат, навсегда сокрушив могущество иудейских правителей Приазовья и нижнего Поволжья. Следующий удар был нанесен Волжской Болгарии, потом пришёл черед Дунайской Болгарии — восемьдесят городов взяли киевские дружинники по Дунаю.
Святослав и его воины олицетворяли богатырский дух языческой Руси. Летописи сохранили слова Святослава, окружённого со своей дружиной огромным греческим войском: «Не посрамим земли русской, но ляжем костьми здесь! Мертвые сраму не имут!»

Святослав мечтал о создании огромной Русской державы от Дуная до Волги, которая объединила бы Русь и другие славянские народы. Святая Ольга понимала, что при всем мужестве и отваге русских дружин им не справиться с древней империей ромеев, которая не допустит усиления языческой Руси. Но сын не слушал предостережений матери. Много скорбей пришлось пережить святой Ольге в конце жизни. Сын окончательно переселился в Переяславец на Дунае. Пребывая в Киеве, она учила своих внуков, детей Святослава, христианской вере, но не решалась крестить их, опасаясь гнева сына.

Кроме того, он препятствовал её попыткам утверждения христианства на Руси. Последние годы, среди торжества язычества, ей, когда-то всеми почитаемой владычице державы, крестившейся от Вселенского патриарха в столице Православия, приходилось тайно держать при себе священника, чтобы не вызвать новой вспышки антихристианских настроений. В 968 году Киев осадили печенеги. Святая княгиня с внуками, среди которых был и князь Владимир, оказались в смертельной опасности. Когда весть об осаде достигла Святослава, он поспешил на помощь, и печенеги были обращены в бегство.

Святая Ольга, будучи уже тяжело больной, просила сына не уезжать до её кончины. Она не теряла надежды обратить сердце сына к Богу и на смертном одре не прекращала проповеди: «Зачем оставляешь меня, сын мой, и куда ты идёшь? Ища чужого, кому поручаешь своё? Ведь дети Твои ещё малы, а я уже стара, да и больна, — я ожидаю скорой кончины — отшествия к возлюбленному Христу, в которого я верую; я теперь ни о чём не беспокоюсь, как только о тебе: сожалею о том, что хотя я и много учила и убеждала оставить идольское нечестие, уверовать в истинного Бога, познанного мною, а ты пренебрегаешь этим, и знаю я, что за твоё непослушание ко мне тебя ждёт на земле худой конец, и по смерти — вечная мука, уготованная язычникам.

Исполни же теперь хоть эту мою последнюю просьбу: не уходи никуда, пока я не преставлюсь и не буду погребена; тогда иди, куда хочешь.
По моей кончине не делай ничего, что требует в таких случаях языческий обычай; но пусть мой пресвитер с клириками погребут по обычаю христианскому моё тело; не смейте насыпать надо мною могильного холма и делать тризны; но пошли в Царьград золото к святейшему патриарху, чтобы он совершил молитву и приношение Богу за мою душу и раздал нищим милостыню».

«Слыша это, Святослав горько плакал и обещал исполнить всё, завещанное ею, отказываясь только от принятия святой веры.

По истечении трёх дней блаженная Ольга впала в крайнее изнеможение; она причастилась Божественных Тайн Пречистого Тела и Животворящей Крови Христа Спаса нашего; всё время она пребывала в усердной молитве к Богу и к Пречистой Богородице, которую всегда по Боге имела себе помощницею; она призывала всех святых; с особенным усердием молилась блаженная Ольга о просвещении по её смерти земли Русской; прозирая будущее, она неоднократно предсказывала, что Бог просветит людей земли Русской и многие из них будут великие святые; о скорейшим исполнении этого пророчества и молилась блаженная Ольга при своей кончине. И ещё молитва была на устах её, когда честная душа её разрешилась от тела, и, как праведная, была принята руками Божиими».

11 (24) июля 969 года святая Ольга скончалась, «и плакали по ней плачем великим сын её и внуки и все люди». Пресвитер Григорий в точности выполнил её завещание. Святая равноапостольная Ольга была канонизирована на соборе 1547 года, который подтвердил повсеместное почитание её на Руси ещё в домонгольскую эпоху.

Бог прославил «начальницу» веры в Русской земле чудесами и нетлением мощей. При святом князе Владимире мощи святой Ольги были перенесены в Десятинный храм Успения Пресвятой Богородицы и положены в саркофаге, в каких было принято помещать мощи святых на православном Востоке. Над гробницей святой Ольги в церковной стене было окно; и если кто с верой приходил к мощам, видел через оконце мощи, причем некоторые видели исходящее от них сияние, и многие одержимые болезнями получали исцеление. Приходившему же с маловерием оконце не открывалось, и он не мог видеть мощей, а только гроб.

Так и по кончине святая Ольга проповедовала вечную жизнь и воскресение, наполняя радостью верующих и вразумляя неверующих.
Сбылось её пророчество о злой кончине сына. Святослав, как сообщает летописец, был убит печенежским князем Курей, который отсёк голову Святослава и из черепа сделал себе чашу, оковал золотом и во время пиров пил из неё.

Исполнилось и пророчество святой о земле Русской. Молитвенные труды и дела святой Ольги подтвердили величайшее деяние ее внука святого Владимира (память 15 (28) июля) — Крещение Руси.
Образы святых равноапостольных Ольги и Владимира, взаимно дополняя друг друга, воплощают материнское и отеческое начало русской духовной истории.
Святая равноапостольная Ольга стала духовной матерью русского народа, через неё началось его просвещение светом Христовой веры.

Языческое имя Ольги соответствует мужскому Олег (Хельги), что означает «святой». Хотя языческое понимание святости отличается от христианского, но оно предполагает в человеке особый духовный настрой, целомудрие и трезвление, ум и прозорливость. Раскрывая духовное значение этого имени, народ Олега назвал Вещим, а Ольгу — Мудрой.

Впоследствии святую Ольгу станут называть Богомудрой, подчеркивая её главный дар, ставший основанием всей лествицы святости русских жен — премудрость. Сама Пресвятая Богородица — Дом Премудрости Божией — благословила святую Ольгу на её апостольские труды. Строительство ею Софийского собора в Киеве — матери городов Русских — явилось знаком участия Божией Матери в Домостроительстве Святой Руси. Киев, то есть христианская Киевская Русь, стала третьим Жребием Божией Матери по Вселенной, и утверждение этого Жребия на земле началось через первую из святых жен Руси — святую равноапостольную Ольгу. Христианское имя святой Ольги — Елена (в переводе с древнегреческого «Факел»), стало выражением горения её духа.
Святая Ольга (Елена) приняла духовный огонь, который не угас во всей тысячелетней истории Христианской России.

Смотрите также:

КНЯГИНЕ ОЛЬГЕ
Тропарь, глас 1

Крилами богоразумия вперивши твой ум, / возлетела еси превыше видимыя твари, / взыскавши Бога и Творца всяческих, / и, Того обретши, паки рождение Крещением прияла еси, / древа животнаго наслаждающися, нетленна во веки пребываеши, / Ольго приснославная.

Иной тропарь, глас 8

В тебе, Богомудрая Елено, известен спасения образ бысть в Русстей стране, / яко, приимши баню святаго Крещения, последовала еси Христу, / творящи же и учащи, еже оставити идольскую прелесть, / восприяти же попечение о души, вещи безсмертней, / темже и со Ангелы радуется, равноапостольная, дух твой.

Иной тропарь, глас 4

Оставивши лесть идольскую, / последовала еси Христу, Безсмертному Жениху, Ольго Богомудрая, / в Егоже чертозе радующися, / непрестанно молися / о чтущих верою и любовию святую память твою.

Иной тропарь, еллинский, глас 3

Святая равноапостольная избраннице Христова, княгине Ольго, / народ твой словесным и чистым Христовым млеком напоившая, / молися Милостивому Богу, / да прегрешений оставление / подаст душам нашим.

Кондак, глас 4

Воспоем днесь Благодетеля всех Бога, / прославльшаго в России Ольгу богомудрую, / да молитвами ея / подаст душам нашим / грехов оставление.

Иной кондак, глас 4

Явися днесь благодать всех Бога, / прославльши в Руси Ольгу богомудрую, / молитвами ея, Господи, / людем подаждь / грехов оставление.

Величание

Величаем тя, / святая равноапостольная княгине Ольго, / яко зарю утреннюю в земли нашей возсиявшую / и свет веры православныя / народу своему предвозвестившую.

Молитвы святой равноапостольной великой княгине Ольге

1.
О святая равноапостольная великая княгине Ольго, первоугоднице русская, теплая о нас пред Богом ходатаице и молитвеннице. К тебе прибегаем с верою и молимся с любовию: буди нам во всем ко благу помощница и споспешница и, якоже во временней жизни тщалася еси просветити праотцы наша светом святыя веры и наставити я творити волю Господню, тако и ныне, в небесней пребывая светлости, благоприятными твоими к Богу молитвами, вспомоществуй нам в просвещении ума и сердца нашего светом Евангелия Христова, да преспеваем в вере, благочестии и любви Христове. В нищете и скорби сущия утеши, бедствующим подаждь руку помощи, обидимыя и напаствуемыя заступи, заблудшия от правыя веры и ересьми ослепленныя вразуми, и испроси нам у всещедраго Бога вся благая и полезная в жизни временней и вечней, да тако благоугодне зде поживше, сподобимся наследия благ вечных в безконечнем Царствии Христа Бога нашего, Емуже со Отцем и Святым Духом подобает всякая слава, честь и поклонение всегда, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

2.

О святая равноапостольная княгине Ольго, приими убо похвалу от нас, недостойных раб Божиих (имена), пред честною твоею иконою молящихся и смиренно просящих: огради нас твоими молитвами и заступлением от напастей и бед, и печалей, и лютых грехов; еще же и от будущих мук избави ны, честно творящия святую память твою и славящия прославльшаго тя Бога, во Святей Троице прославляемаго, Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков.

3.

О великая угоднице Божия, богоизбранная и богопрославленная, равноапостольная великая княгине Ольго! Ты отринула еси зловерие и нечестие языческое, уверовала еси во Единаго Истиннаго Триипостаснаго Бога и восприяла еси святое крещение и положила еси начало просвещения земли Российския светом веры и благочестия. Ты еси духовная родоначальнице наша, ты по Христе Спасителе нашем первая виновница просвещения и спасения рода нашего. Ты еси теплая молитвенница и ходатаица о царстве всероссийстем, о царех его, народоправителех, воинстве и о всех людех. Сего ради смиренно молим тя: призри на немощи наша и умоли премилосердаго Царя Небеснаго, да не прогневается на ны зело, яко по немощем нашим по вся дни согрешаем, да не погубит нас со беззаконьми нашими, но да помилует и спасет нас по милости Своей, да всадит в сердца наша спасительный страх Свой, да просветит Своею благодатию ум наш, во еже разумети нам пути Господни, оставити стези нечестия и заблуждений, тщатися же во стезях спасения и истины, неуклоннаго исполнения заповедей Божиих и уставов Святыя Церкве. Моли, блаженная Ольго, Человеколюбца Бога, да пробавит нам великую милость Свою: да избавит нас от нашествия иноплеменных, от внутренних нестроений, мятежей и раздоров, от глада, смертоносных болезней и от всякаго зла; да подаст нам благорастворение воздуха и плодоносие земли, да даст пастырем ревность о спасении пасомых, всем же людем споспешение о еже усердно службы своя исправляти, любовь между собою и единомыслие имети, на благо Отечества и Святыя Церкве верне подвизатися, да возсияет свет спасительныя веры в Отечестве нашем, во всех концех его; да обратятся к вере неверующии, да упразднятся вся ереси и расколы; да тако поживше в мире на земли, сподобимся с тобою вечнаго блаженства на небеси, хваляще и превозносяще Бога во веки веков. Аминь.